Подождите, идет загрузка

КУРДИСТАН: ПРЕДАТЕЛЬСТВО СО ВСЕХ СТОРОН

17.10.2014

Как говорится, "не Украиной единой". Будучи социалистами, мы - интернационалисты и противники всякого церковного мракобесия. Поэтому с нашей стороны было бы преступно оставить без внимания героическую борьбу жителей северной Сирии - и прежде всего этнических курдов, среди которых многие поддерживают левую партию РПК, - с исламистскими фашистами из ИГИС. 
Так что с радостью публикуем перевод обзорной статьи, посвященной анализу положения сирийского Курдистана. В то же время, не можем не отметить, что концовка текста, безусловно, может служить предметом дискуссии.

Черный дым, который видно уже с турецкой границы, стелется над курдским городом Кобани на севере Сирии: Отряды народной самообороны (ОНС) держат оборону против Исламского государства для Ирака и Сирии (ИГИС).
Сопротивление в Кобани продолжается прямо сейчас. Как сообщается, ИГИС несет потери, но противодействие курдов неуклонно подавляется превосходящей силой оружия, часто произведенного в США или России, захваченного в прошлом у иракской и сирийской армии во время предыдущих военных кампаний.
Несколько сотен тысяч человек покинули Кобани и окрестные деревни, пересекая границу с Турцией, чтобы укрыться там, другие ищут возможность уехать в Северный Ирак, где курдские лидеры доминируют в местном правительстве, установленном после вторжения США. В то же время десятки тысяч людей остаются в городе, полные страха от того, что может произойти, когда ИГИС преломит сопротивление.
ИГИС стоит на пороге очередной крупной победы, несмотря на то, что главная военная сверхдержава, США, объявила войну против него при поддержке десятков стран. Воздушные удары по ИГИС начались в Ираке два месяца назад и продолжены в Сирии – тем не менее, Кобани прогнозируют падение, а ИГИС, как сообщается, развивает свой успех в Ираке.
Ясно, что серия авиаударов США обернулась неудачей, совершенно не оправдывающей обещаний президента Барака Обамы, что новая война на Ближнем Востоке должна остановить «смертельную сеть» ИГИС. В моменты откровенности американские чиновники отмечают, что спасение курдов Кобани не является стратегическим приоритетом.

pkk-firat-afp


Не только правительство США предало мольбы курдов. На севере, в пределах видимости из Кобани на границе в Турцией простаивают турецкие танки в то время, как битва с ИГИС разгорается. По мере того, как беженцы из города уходили через границу, солдаты предотвращали переход в другую сторону потенциальных бойцов, которые могли вступить в ряды сопротивления Кобани против ИГИС. В самой Турции массовые демонстрации солидарности с курдами Роджавы (Западного Курдистана на территории Сирии — прим. перев.) получили обычный ответ от сил безопасности: избиения, слезоточивый газ, водометы и боевые патроны. Турецкое правительство Реджепа Тайипа Эрдогана, лидера исламистской Партии справедливости и развития, заявляет, что оно против ИГИС. Но Турция длительно угнетала собственное курдское население, что привело к войне, унесшей множество жизней.
Неприятная правда состоит в том, что Турция, — член НАТО и один из верных союзников США в регионе — считает, что следует больше бояться осмелевшего курдского населения, когда защитники Кобани отобьют атаку ИГИС, чем падения города. Но циничное бездействие правительства чревато противодействием — оно стоит перед опасностью растущей нестабильности и восстания.
Сирийский режим Башара Асада также поспособствовал страданиям Кобани. В рамках своей стратегии «разделяй и властвуй» для противостояния «арабской весне» и последующей гражданской войне, диктатура Асада поощряла укрепление реакционных исламистских группировок, как ИГИС, среди оппозиции.
Между ИГИС и режимом существовало негласное прекращение огня, пока военные, подчиненные Асаду, концентрировали всю огневую мощь и военный террор против восстания, включая вооруженные группы, которые возникли для его защиты. ИГИС тем временем было способно расширить свое влияние на восток Сирии и вдоль северных границ региона, с Турцией, ведя войну преимущественно с оппонентами режима. Если ИГИС сможет взять Кобани и связать несколько областей, находящихся под его контролем, частично за это можно будет благодарить сирийское правительство.
Курды севера Сирии de facto получили автономию в 2012 году после того, как режим Асада вывел свои силы из региона. Однако это лишь одна из частей курдского народа, распределенного по Сирии, Турции, Ираку и Ирану, не имеющего своего государства. Давние законные чаяния курдов по поводу национального самоопределения тянут в разные стороны, иногда — в связи с манипуляциями внешних сил. Например, курдская элита севера Ирака была наиболее постоянным союзником США в течение четверти века войны в Ираке — несмотря на то, что Вашингтон поддерживал подавление борьбы курдов Турцией, а теперь неэффективно действует против натиска на Кобани.
Итак, сирийский Курдистан всегда стоял особняком в запутанной истории текущей гражданской войны и среди ее многогранных конфликтов - старая пословица «У курдов нет друзей кроме гор» звучит все более современно с каждым днем.
Город бы пал месяцы назад если бы не решительная оборона, возглавленная Партией демократического союза (ДПС), доминирующей политической силой сирийских курдов и организацией, родственной Рабочей партии Курдистана (РПК), созданной десятилетия назад в Турции. Согласно Джозефу Даэру, члену «Revolutionary Left Сurrent» в Сирии, автору блога «Syria Freedom Forever», Кобани также защищается несколькими батальонами арабских бойцов Армии свободной Сирии («Free Syrian Army») — сети вооруженных групп, ведущих двухстороннюю гражданскую войну против режима Асада и ИГИС.
Мэйнстримные СМИ и социальные сети рассказывают о колоссальной смелости бойцов сопротивления, как они переносят натиск лучше вооруженных сил ИГИС. Для защитников Кобани сдача означает диктаторские правила ИГИС с насилием против национальных и религиозных меньшинств, а также безжалостными репрессиями против всех инакомыслящих. Многие выбирают сражаться до смерти.
Значительное количество последних защитников города, согласно сообщениям, женщины. Ранее в этом месяце командир женских подразделений, мобилизованных ОНС, Деилар Канж Хамис, известная под военным псевдонимом Арин Миркан, убила 10 бойцов ИГИС при помощи суицидальной атаки, сообщает «Аль Джазира». Уйдя из-под пуль, она отстала после того, как курдские бойцы отступили в центр города, после чего смешалась с боевиками ИГИС и взорвала гранату.
Жертвы Кобани — новейшие потери, вызванные кошмаром тирании, угнетения и империалистической войны. Правительство США заявляет, что ее атаки ИГИС помогут людям, оказавшимся в центре этого смертоносного конфликта, но курды видят иное. Новая война с участием Штатов будет только ухудшать страдания и усиливать насилие. Когда Обама провозгласил войну с ИГИС, в своей речи в ООН он пообещал, что США для уничтожения жуткой смертельной сети будут «работать с широкой коалицией», включая «иракцев и сирийцев, борющихся за возвращение своих общин». Однако, при первом же наступлении ИГИС на людей, «борющихся за свои общины», официальные лица США заявили, что одними авиаударами они могут сделать совсем немного и, более того, спасение Кобани в любом случае не является частью плана. Как сказал государственный секретарь Джон Керри репортерам, «Кобани не определяет стратегию коалиции по отношению [к ИГИС]. Кобани — одна община, и происходящее там является трагедией, мы не преуменьшаем этого. Но мы сказали, что должно пройти время, чтобы коалиция в полной мере внесла свою лепту. И для начала фокус... на Ираке. Это текущая стратегия».
Перевод с дипломатического на фактический: американские чиновники были рады говорить жестко, когда впервые расширили зону авиаударов на Сирию, но главной их заботой является защита интересов США в Ираке. Там Вашингтон все еще может диктовать условия центральному правительству и, что даже более важно, американская империя хочет защитить свои нефтяные интересы, особенно на севере, где угроза завоевания ИГИС курдской столицы Эрбиль в августе в первую очередь спровоцировала начало бомбардировки.
Однако, согласно журналисту Independent Патрику Кокберну, США не смогли достичь успеха даже относительно своих главных приоритетов. Отряды ИГИС в Ираке недавно захватили город Хит в обширной западной провинции Анбар наряду с частями столицы провинции Рамади. Кроме того, повстанцы продвигаются на территории к востоку от Багдада — достаточно близко, чтобы получить возможность нанести артиллерийский удар по главному международному аэропорту страны. «Успешное продвижение боевиков, - подытоживает Кокберн, - демонстрирует, что иракская армия способна противостоять ИГИС не более, чем когда она потеряла Мосул и Тикрит в июне».
США могут заявлять об успехе только в одном месте, где удары были наиболее концентрированы — для отражения наступления ИГИС на Эрбиль, которое угрожало не только американским военнослужащим, которые сотрудничают с Региональным правительством Курдистана, но и основным запасам нефти на севере Ирака. Холодные расчеты приоритетов США в этой войне кажутся еще более циничными, если учесть, что ИГИС появилось непосредственно как продукт американской оккупации Ирака.
Ни ИГИС, ни его предшественник «Аль-Каида» не существовали в Ираке до вторжения США в 2003 году. Типичная для колониальной оккупации политика «разделяй и властвуй», сознательно введенная для для противостояния угрозе единого вооруженного сопротивления американской армии, питала межрелигиозный конфликт между суннитами и шиитами. Аль-Каида в Ираке была одним игроков в ужасающей гражданской войне и последующих этнических чистках. Когда межрелигиозный конфликт перекинулся за границы Ирака, союзники США Саудовская Аравия и Катар спонсировали реакционные суннитские группировки для противостояния влиянию так называемого «Шиитского полумесяца», простирающегося от Ирана через шиитское правительство в Багдаде до режима Асада в Сирии и Хезбаллы в Ливане.
ИГИС является продуктом ядовитой смеси насилия и ненависти, порожденной американским империализмом, и новая война Обамы только ухудшает ситуацию. Сирийский революционер Джозеф Даэр писал: «[Возглавляемое США] военное вторжение разработано не для помощи местному населению в его борьбе за свободу и достоинство, а для службы целям западных империалистов, с согласием российского империализма и региональных под-империалистов — которые выступают напрямую, как Саудовская Аравия и Катар или опосредованно, что мы видим в случае с Турцией, или не оказывая противодействия интервенции, как Иран. Все эти игроки хотят положить конец революционным процессам в регионе и восстановить стабильность с авторитарными режимами, которые обслуживают их интересы, а не теми, которые имеют популярность среди жителей региона».
Предательское поведение турецкого правительства по отношению к разворачивающейся в Кобани бойне даже более вопиюще, чем подлость Вашингтона. Турецкая военная техника, которая могла противостоять арсеналу ИГИС, стоит без дела в пределах видимости Кобани, пока правительственные силы безопасности концентрируют свои усилия на репрессиях против тех, кто показывает солидарность с курдами, включая тех, кто надеется пересечь границу и влиться в защиту Кобани.
Потрясающие видеоматериалы показывают как турецкая полиция избивает курдских протестующих на фоне вздымающегося в небо дыма от обстрелов артиллерей ИГИС. Правительство признает, что по меньшей мере 30 человек были убиты к настоящему моменту в столкновениях между полицией и демонстрантами по всей стране.
Особенно печальным аспектом является то, что турецкое правительство видит битву в Кобани как «возможность» получить уступки от курдских политических сил, по информации новостного сайта «Al Monitor».
В начале октября Салех Муслем, сопредседатель ПДС, посетил секретную встречу с чиновниками турецкой государственной разведки, где он просил, чтобы оружию, особенно противотанковому оружию, позволили пересечь границу к бойцам в Кобани. Он столкнулся с рядом условий, включая то, что Демократический союз должен распустить местные органы власти, работающие в курдских анклавах на севере Сирии, и дистанцироваться от родственной организации — РПК. В основном турецкое правительство требовало, чтобы автономные зоны, управляемые курдами с 2012 года, превратились в зоны с доминированием турецких сил - иначе Кобани падет.
Если сложно поверить в то, что турецкое правительство способно отреагировать на катастрофу в Кобани шантажом жертв, не стоит сомневаться. В течение десятилетий оно не останавливалось ни перед чем для поддержания угнетения курдов, которые составляют до четверти населения страны. Это явление восходит к окончанию Первой Мировой войны, когда Турция сформировалась в результате колониального раздела Османской империи. Курдам отказали в национальном государстве, вместо этого они стали угнетаемым меньшинством в нескольких странах, и более всего - в Турции, доме для наибольшего их количества.
Подъем РПК коренится в радикализации 1970-х годов, когда она была основана как маоистская организация, борющаяся за создание независимого курдского государства. Вооруженный конфликт с турецким государством стоил 40 000 жизней, преимущественно курдов. Согласно Human Rights Watch, около 3000 курдских деревень были стерты с карты к концу 20 века вследствие политики правительства. После нескольких этапов борьбы РПК объявила о прекращении огня в 2013 году вслед за продолжительными переговорами между заключенным лидером партии Абдулой Оджаланом и турецким правительством, с начала 2000-х возглавляемым «Партией справедливости и развития» Эрдогана. Последняя пыталась поддержать имидж толерантности к курдскому меньшинству, по крайней мере, по сравнению с предшествующим военным правлением. Но это не остановило Эндоргана от заявления в начале октября, что мятежи РПК и ИГИС были одинаково опасны. «Неверно рассматривать их в различном ключе — мы должны иметь сними дело одновременно», - сказал он журналистам.
Турецкое правительство рассматривает подъем ИГИС, – c его требованием создания халифата и стирания национальных границ, установленных после первой мировой войны — как дестабилизирующий фактор в регионе. Но она по-прежнему представляет курдские беспокойства смертельной опасностью.
Теперь Кобани стал символом курдского сопротивления с сильным эхом как в Сирии, так и в Турции, призывы к его поддержке звучат даже со стороны Массуда Барзани, президента Регионального правительства Курдистана в Ираке и ведущей фигуры в планах правительства США на регион. Учитывая это, Al Monitor заключает, что «Турция, вероятно, будет счастлива увидеть Кобани павшим».
Однако турецкое правительство играет с огнем. Огромные демонстрации солидарности с Кобани показывают, что возмущение бездействием Турции может стать большей угрозой. Одной из причин враждебности турецкого правительства по отношению к Кобани является то, что это центральная часть автономной области, основанной курдами на севере Сирии. Кобани является главным городом среди трех кантонов, составляющих Роджаву.
Массовое восстание против диктатуры Асада, который началось в 2011, распространилось по всей стране, в том числе регионах с преобладанием курдов на севере. Первичным ответом режима было смертоносное насилие против всех инакомыслящих. Но Асад также пытался получить поддержку от различных этнических групп и меньшинств, изображая Арабскую весну как бунт с доминированием суннитских фундаменталистов. В то же время он цинично поддерживал наиболее реакционные суннитские группировки, выпуская исламистских политических заключенных с целью сохранения баланса в оппозиции.
Выводя свои силы из области Роджавы в 2012 году, оставляя ПДС устанавливать и управлять структурами автономного самоуправления, сирийский режим несомненно надеялся, что курды будут сохранять дистанцию с остальной анти-асадовской оппозицией, а также служить буфером в течение гражданской войны против любых действий Турции, главного регионального врага Сирии. Тем не менее, как пишет Джозеф Даэр, «Автономное самоуправление Роджавы никогда не было бы разрешено без народного массового движения снизу — среди арабов, курдов и ассирийцев вместе — против уголовного и авторитарного режима Асада».
В ноябре 2013 года, представители различных этнических групп установили официальное правительство - конфедерацию «курдов, арабов, ассирийцев, халдеев, туркменов, армян и чеченцев», как говорится в его уставе. Даэр пишет: «Опыт самоуправления в этих регионах очень интересен, в частности, в отношении прав женщин и прав национальных и этнических меньшинств. Некоторые противоречия, тем не менее существуют, особенно касательно авторитаризма ПДС, который не колеблется при репрессиях активистов и ограждении их от органов власти. Мы не должны забывать, что ПДС, как и родственной ему РПК, не хватает демократических процессов во внутренней работе и в отношении других организаций, которые считаются противниками или просто критично настроены. Например, мы должны помнить протестные движения позднего июня 2013 года в таких городах Роджавы как Амуда и Дерабиссйат против репрессий и арестов, проводимых ПДС против курдских революционных активистов Это не должно мешать нашей полной поддержке курдскому национальному освободительному движению в его борьбе за самоуправление в Ираке, Сирии, Турции и Иране против авторитарных режимов, которые угнетают их и/или не дают им добиться самоопределения. Поэтому мы также должны требовать исключения РПК из списка террористических организаций в Европе и всюду. Мы можем критиковать руководство РПК или ПДС из-за их некоторых принципов, но фундаментальные принципы революционеров состоят в том, что в первую очередь мы должны обязательно поддерживать все формы освободительной борьбы, прежде чем критиковать методы того, как они проводятся».
Не удивительно, что Роджава оказалась в поле зрения ИГИС, поскольку фундаменталисты объявили о своем так называемом халифате. Нападение на Кобани — попытка ликвидировать систему самоуправления, установленную там, точно также как ИГИС вела войну против других сил — включая суннитские - которые не соответствовали ее реакционным догмам.

Существует гораздо больше вещей, которые следует понять о сегодняшней запутанной сети конфликта и насилия на Ближнем Востоке. Но мы должны начать, как сирийский революционер Джозеф Даэр, с отдачи народной борьбе за демократию, самоопределении и социальной справедливости. В недавней статье для Даэр заключает: «Падение горда Кобани и его оккупация ИГИС будет двойным поражением: для самоопределения курдского народа и для сирийской революции».
Оба этих момента диалектически связаны. Поражение сирийского революционного процесса и его целей будут означать, скорей всего, окончание автономного опыта региона Роджавы и надежды, что курды будут решать свое собственное будущее в оппозиции множественным игрокам: западному и российскому империализму, арабскому и турецкому националистическомим шовинизмам и исламским реакционным силам. С другой стороны, сирийский революционный процесс не был бы законченным без возможности курдского народа свободно решать свое будущее: отделение или участие в демократической, социальной и секулярной Сирии с гарантированными национальными правами».
Мы должны противостоять любым контрреволюционным попыткам как подорвать курдское самоопределение, так и сирийское восстание. Одно из лиц этой контрреволюции являются реакционеры из ИГИС со своей варварской войной в Кобани. Другое — авторитарные недемократические режимы в регионе — даже когда они противостоят друг другу, как режимы Эдоргана в Турции и режим Асада в Сирии. Не в последнюю очередь это и американский империализм, который несет ответственность за ужасы, разворачивающихся на Ближнем Востоке сегодня. Будь путем прямого вмешательства или поддержки реакционных сил, США намерены поддерживать свое господство в целях контроля в мире самый ценный ресурс: нефть.

Перевод: Андрей Украинский
Оригинал текста